Апокалипсис [СИ] - Анжелика Васильева

Скрежет до боли вонзался в мою голову, и я прижала руки к вискам, перепачкав вареньем, которое оставалось на ноже после десерта, свои волосы. Мне было всё равно — боль не стихала, и я не могла думать ни о чём, кроме этого.

Но затем засов упал, и двери распахнулись. Я без колебаний поднесла нож к горлу вошедшего, и тот замер, всего лишь чуть не напоровшись белоснежной шеей на лезвие. Это была женская шея — гладкая и без кадыка. Это было хорошо видно даже в полумраке занавешенной комнаты.

— Фел, это я, — негромко проговорила Карин, отведя мою руку двумя пальцами.

Услышав её голос, я засомневалась, но рука моя будто не слушалась. Пришлось приложить усилие, чтобы её расслабить и опустить.

Карин выглянула из-за двери, чтобы получше меня рассмотреть.

— Ты не отвечала служанкам. Меня позвали как командира гвардии.

Я судорожно выдохнула и, наклонившись, окинула взглядом коридор. Стражники неподвижно стояли там, лишь краем глаза наблюдая за мной.

— Заходи, — как можно более ровным голосом произнесла я и закрыла створки за Карин.

Девушка прошла в комнату и огляделась. Затем бросила платье, которое было заткнуто за её кожаный пояс с кинжалами, на мою кровать и раскрыла занавеси. Сама она тоже уже была в бальном платье и с аккуратно заколотыми волосами.

— Что случилось? — тихо спросила Карин. — Теойен сказал мне, что ты беспокоилась вчера вечером из-за герцогов, но не настолько же всё было плохо, чтобы запираться?

Я стояла в кружке света, щурясь от закатного солнца, и не знала, что мне сказать своей телохранительнице.

— Это что, варенье? — улыбнулась девушка, указав на мою чёлку.

— Д-да, — отозвалась я. — Нож был в нём… Испачкалась.

Карин понимающе кивнула.

— Точно не хочешь мне ничего сказать? — мягко спросила она. — Прячешь мужчину под кроватью?

Я фыркнула, наконец взяв себя в руки.

— Войди мужчина ко мне в комнату, я бы скорее спряталась под кроватью от него.

Карин усмехнулась.

— Значит, всё хорошо?

— Да, просто мне здесь не спокойно. Мама ещё…

— Я принесла платье на сегодняшний бал. Хочешь, не пойдём?

Но не успела я ответить, как в комнату бесцеремонно вошли всё те же безымянные служанки и оттеснили Карин к стене, устремляясь ко мне, чтобы вымыть волосы и снова превратить в напудренную надушенную куклу.

— Вчера было неплохо, — пробормотала я и смогла улыбнуться. Вчера ведь и вправду было неплохо.

— Хорошо, — кивнула Карин и присела на пуфик, рассеянно наблюдая за маячащими туда-сюда девушками.

Я была рада, что она осталась со мной. Может, сегодня мы весь вечер проведём с ней вместе? Даже если не будем танцевать, то просто поговорим о чём-нибудь, не упоминая мор. В Балтхиоре его присутствие ощущается не так явно. Здесь и до нашествия ели в основном рыбу, а звери встречались лишь глубоко в лесу, а теперь даже волны не случаются. Дедры собираются намного южнее, ближе к другому берегу, где леса гуще и тенистее.

Моя надежда сразу растаяла, как только я увидела королеву, с улыбкой спешащую ко мне в сопровождении того самого герцога, что вчера хотел прикоснуться ко мне в конце вечера. Карин напряглась при виде мамы не меньше моего и оттащила меня за локоть к столу Филлиппа. Элтрисса вопросительно посмотрела на нас, но тут королева воскликнула на весь зал:

— Лана! Невежливо так убегать от матери!

Я готова была провалиться. Она стыдила меня перед всем двором, как маленькую! А герцог, шагавший за ней, лишь ухмыльнулся. Я поняла — она выбрала мне «достойного жениха». Превосходно. Теперь я до конца праздника от него не отвяжусь!

Мне хотелось найти взглядом папу, я беспомощно оглядывалась, но в зале его не было. Возможно, сегодня он решил провести спокойный вечер. И мне следовало бы поступить так же.

Филлипп встал со своего места и подошёл к нам с Карин.

— Что такое, мама? — улыбнулся он.

— Сэр Шорнар рассказал мне, как чудесный взгляд нашей дорогой Ланы и её грация в танце заворожили его вчера вечером, однако ему так и не довелось потанцевать с ней. И я конечно же взяла на себя смелость дать ему обещание первого танца своей дочери сегодня!

Королева безмятежно улыбалась своей лучшей улыбкой, а другие подданные вперились в нас взглядом, ловя каждый момент этого представления. Мне хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе прямо здесь. Или сбежать и больше никогда не возвращаться в высокородные крепости. Хотелось жить лекаркой в каком-нибудь небольшом городке…

Но я понимала, что без королевских ресурсов я никогда в жизни не смогу победить мор. Значит, я должна вытерпеть всё происходящее.

— Я уже дала обещание первого танца, — проговорила я, ища взглядом Сэра Лессайра или Майрена. Хотя бы отца, ибо брат не мог мне помочь и обидеть свою жену, спасая меня.

— Только иноземный принц способен соперничать за право первенства с герцогом! — отмахнулась мама.

А Сэр Шорнар стоял за её плечом с улыбкой и, казалось, наслаждался моим унижением. Его взгляд совсем не казался мне дружелюбным, и я не хотела ему уступать даже танец. Не говоря уже обо всём остальном, что непременно потребует королева после того, как я ослаблю борьбу.

— Я пригласила герцогиню Тешер! — сказала я достаточно уверенно и громко, чтобы люди в зале неодобрительно начали перешёптываться. Девушка, в локоть которой я вцепилась обеими руками, стала растерянно оглядываться.

— Вздор! — ещё громче крикнула мама.

Это была ошибка. Не стоило мне произносить первое, что пришло в голову! Нужно было позвать Сэра Лессайра или Майрена. Они точно подошли бы ко мне. Они как мои гвардейцы так или иначе должны быть где-то в зале. Но ни один из них не был герцогом, а Карин была.

Мама разозлилась и, дотянувшись до моей руки, схватилась за неё, а затем вложила в руку Сэра Шорнара. И я с ужасом осознала, что Карин не держит меня в ответ. Обернувшись к ней, я увидела лишь растерянность на лице девушки. Устраивать скандал столетия при всех она явно не собиралась. Всей её дерзости хватало лишь на подколы рыцарей да моего брата…

Когда пальцы соскользнули с руки моей телохранительницы, я обернулась к своему партнёру по танцу. Мужчина крепко держал меня, до боли стискивая мою кисть. Вырваться без яростного сопротивления, синяков и царапин из этой хватки я точно не смогу.

Всё происходило очень медленно: вот я кладу руку на плечо мужчины,